— Герб королевства Ллойярд — вернее, Соединенного королевства Ллойярд-и-Дац. Черная летучая мышь над черной крепостной стеной на черном фоне, — бойко отвечает Арден. Я поморщилась: ну конечно, воспитатель и наставник подрастающего королевского поколения, мэтр Фледегран не из тех, кто даром жует свои полкраюшки… — Геральдический символ образован из герба династии Дацких принцев — летучая мышь на фоне магической четырехлепестной фигуры; и герба династии Ллойярдских королей — Черной Дыры в Бесконечность; обозначает стойкость, мужество, власть над тайнами Хаоса, торжество Тайных Знаний…

— Верно, — мрачно соглашаюсь я. — Снисходя к смиренным просьбам подданных, король Блексмит Джонс разрешил использовать в обозначении гербовых мотивов разные оттенки серого… Но в Королевском Музее, как я уже упоминала, принято вдумчиво и серьезно подходить к комплектации экспозиции. Ладно, не будем привередничать. Вот тебе, — показываю я на развешенные по стенам гербы и флаги, — семь золотых пик герцогства Пелаверино, рог изобилия наших друзей, фносских кентавров, черный дракон Вечной Империи Ци, звезды и полумесяц Эль-Джалада, а это…

— Золотой дуб Кавладора!

— Молодец, твое высочество. Вернешься во дворец — разрешаю украсть пирожок из королевской кухни. Та-ак… — вдруг обнаружила я в своих музейных владениях новый экспонат. Подняла с подставки роскошно изданный том в полный пергаментный лист размером, толстенный, переплетенный в кожу прекрасной выделки. Переплет был черным, на верхней обложке в отблесках магического фонаря сверкал, подрагивая искусно выполненными золотыми листочками, кавладорский дуб, сияли золотые цепи… Я понюхала книгу, пытаясь догадаться, о чем она. — Почему не знаю? Кто посмел дополнить выставку и меня не известить?

— Это… вы позволите, госпожа Ядвига? — деликатно поднял руку, как на уроке, принц. Подошел поближе, прочитал первую страницу фолианта. — Это, наверное, обновленный Свод Законов и Уголовный Кодекс Кавладора.

— Нет, твое высочество, ты что-то путаешь. Уголовный кодекс — эта такая засаленная истрепанная грамотка, которой размахивают судебные приставы и полицейские, когда приходят кого-то арестовывать. У нее еще сургучная печать на шнурке болтается… — нахмурившись, припомнила я.

Мальчик преисполнился гордости:

— Вы, госпожа Ядвига, правы, так и было до последнего времени. Но мой папа, Гудеран Десятый, решил переработать кавладорское законодательство и вот результат его трудов. Промежуточный, — пояснил Арден. — Папа еще не уверен, что достиг должной степени совершенства…

— Бедное королевство! — фыркнула я, откладывая книгу, — Спорю на собственный хвост — сейчас все дружно бросятся в законопослушность! Кроме убежденных воров и не менее убежденных убийц, мошенников, разбойников и некромантов… Ну, следующая часть выставки тебе совершенно не интересна — парадные короны твоих родителей, скипетр, мантии, официальные портреты… — Я изучаю развешанные на стенах полотна. Мальчишка, правильно истолковав направление моего взгляда, подсказывает — видимо, думает, что я сама не догадаюсь:

— Это мои сестры, Анна и Дафна, это дядя Роскар, тетя Ангелика, а это я, — указывает Арден на серый квадрат, аккуратно выписанный на холсте в крайней правой золотой раме.