— Никак не найдут, — поддакнул мальчик. — Папа как-то говорил маме, что нет у этих искателей системы и методичности в работе… Поучились бы у наших сыщиков!

Я улыбнулась и продолжила:

— Всего, как ты знаешь, за четыреста прошедших лет было организовано шестьдесят шесть экспедиций. Как минимум половина из них закончились удачно.

Мальчишка расширяет глаза в приступе крайнего изумления и тут же — мне не надо быть магом-менталистом, чтобы догадаться, — принимается вспоминать, а не пропустил ли он пышной церемонии встречи авантюристов-исследователей, нашедших-таки далекие Западные земли. Я спешу озвучить комментарии:

— «Удачно» — это по сравнению с остальными, — киваю я на витрины в зале, на пороге которого мы всё еще стоим. Здесь господа оформители постарались, создавая впечатление уюта подводного мира: осветительные магические фонари приглушены, светят через темно-синие фильтры; витрины мягко поблескивают стеклом и скрытыми за ними раковинами гигантских тридакн, жемчужниц… — Штук тридцать экспедиций закончили свое путешествие на дне Великого Западного Океана, а остальные… То были застигнуты штормом и вынуждены вернуться в Аль-Миридо, то команда у них там с чего-то бучу затеяла, то астрологи перепугали отважных моряков своими правдивыми предсказаниями…

Вот карта, составленная алхимиками Университета Аль-Миридо; так называемый Аль-Миридский Список. Здесь обозначены все те моря, где точно нет так называемых Западных Земель. Вот в этой витрине…

Мальчик наклонился к низкой витрине, и еле успел отшатнуться, когда погруженное в глицериновую вязкую массу морское чудище резко всплыло и попробовало напасть на экскурсанта.

— Здесь уменьшенная магическая копия восьминога гигантского, который двести лет назад напал на столицу Иберры. Эта копия тоже действующая. К комплектации экспонатов Королевского музея принято подходить вдумчиво и ответственно. А в этом шкафу ты, твое высочество, можешь увидеть уникальное зрелище, — торжественно восклицаю я и умолкаю, вроде как от нахлынувших возвышенных чувств.

— Похоже на апельсин, — протянул мальчик, внимательно разглядывая экспонат.

— Точно, апельсин, — согласилась я. Выдержала паузу. Тоненький слабый голос совести, гласящий, что я издеваюсь над девятилетним ребенком, я задавила обеими руками. Ребеночек, как же! Не заплатил мне пять золотых — пусть расплачивается натурой!

Э-э… В смысле…

— А что особенного в этом апельсине? — не выдерживает любопытный ребенок. Я стала осторожно продвигаться к выходу из зала.

— Ну, по мнению мэтра Сандро из Химериады, одного из виднейших представителей знаменитой фносской Академии Под Открытым Небом, этот апельсин является моделью нашего мира.

— То есть как? — спросил мальчик.

Он повернулся спиной к шкафу, и не увидел, как из Аль-Миридского Списка принялось расти и расползаться во все стороны прозрачное голубое облачко.

— Если утром посмотреть на море, — приступила я к пространным объяснениям. Тем временем магическая копия восьминога сдвинула крышку витрины и приступила к медленному преодолению бортика своего «аквариума». — То ты увидишь, как вдали вдруг начинают подниматься мачты кораблей. Один кораблик, два кораблика, три… Хотя лучше сразу пять. Путешественники, плывущие на кораблях, наоборот, по мере приближения к суше, вдруг начинают видеть шпили самых высоких зданий города, потом более низких…