— Ты не хочешь ехать в Эль-Джалад, — с грустью догадалась гномка. — Не хочешь копать клад…

Далия поставила агрессивную точку.

— Напа, ты не понимаешь. Ведь это не шутки! — Мэтресса повернулась к печальной Напе и попробовала найти настоящие, правильные слова. — Напа, это ведь очень опасно! Нам надо проехать половину Кавладора, пересечь горы, населенные драконами, сфинксами и прочими разбойниками! А что нас ждет в Эль-Джаладе? Другая страна, чужие обычаи, незнакомый язык! Кто может объяснить, чего нам ожидать от этого рая для кочевников, пустынных варваров и астрологов-извращенцев? Ты хоть представляешь, какой лакомой добычей покажутся две беззащитные слабые женщины?!.

— Я топор возьму, — тихо пообещала Напа.

Не помогло. Далия, громко выдохнув, села на кровать рядом с гномкой.

— Ну, не хочешь ехать, так ладно, — печально понурилась Напа. — Не надо.

Мэтресса скептически поджала губы.

— Разве я не понимаю? Ты ведь соглашалась, только чтобы со мной не спорить… — добавила великодушная гномка. — Ладно. Оставайся в «Алой розе». Приглядишь за Полин… правда, она куда-то пропала, второй день ее нет. А если Черно-Белый Кот вдруг вернется — ты его сразу не прогоняй, ладно? Джое помоги… А где она, кстати?

— Как вечером ушла, так и не вернулась.

— Вот как? А кто ж, если не она, ночью к нам в окно залез? — спохватилась Напа. — Я слышала!

— Это был инспектор Клеорн, — отмахнулась Далия. — Приходил вернуть мне лупу.

— В два часа ночи, угу, — согласилась Напа. — А позже?

— Госпожа Гиранди. Пришла рассказать об их визите в Королевский Музей.

— И как у них там? Получилось отдать гобелен господину Ходриху?

— А… — отмахнулась Далия. — Старина Ходрих перепугался, когда увидел факельное шествие с вышитым Роскаром наперевес, спустил на Гиранди и ее бригаду «вышивальщиц» ночную охрану Музея и сторожевую рысь, вызвал полицию, та подумала, что музей грабят…

— И что? — заволновалась Напа.

— Гиранди сбежала задами, когда полиция явилась и начала всех арестовывать. А если верить газете, то гобелен все-таки спасли, Ходрих умиляется и приглашает авторов этого шедевра на демонстрацию нового экспоната. Правда, если верить второй странице этого же первоисточника, авторы пойдут в Королевский Музей строем, под почетной охраной служителей Министерства Спокойствия.

— Так вот, значит, что с госпожой Гиранди случилось… — протянула Напа. — А еще позже кто к нам в дом заходил? Сработали два капкана, которые Ньюф установил у кухни, кто-то так громко вопил, я уж проснуться хотела…

— Студенты. Друбус и еще двое. Просили напомнить, когда будет переэкзаменовка. О демоны, я ж про нее совсем забыла! — Далия сквозь зубы вспомнила тех, кто посмел украсть переносное вместилище ее памяти. Вот сволочи! Потом нахмурилась: — Или ты спрашиваешь про тех, кто шуршал по подземному ходу до Университета? Ну, где-то около трех ночи?

— Тебе послышалось, — поспешила уверить гномка.

— Да? А я была уверена, что это вы с Ньюфуном совершали экскурсию в стены выстроенного вашими бабулей и дедулей Университета.

— Не-ет, — отперлась Напа. — Это были не мы.

— Точно не вы? То есть, если вдруг придет мэтр Рупь, жаловаться на диверсию в его экспериментальной плавильне, мне всё отрицать, как обычно?

Напа густо покраснела, но брата не выдала.