— Не на собаке ж ему разъезжать, — отмахнулась мэтресса Долли. — Так. Первый план провалился. Теперь мы пойдем другим путём. Надо украсть его копье.

Донья Долорес пылко покраснела.

— Не получится, — горестно покачала головой Далия. — Оно тяжелое, далеко не унести, а здесь, внизу, он его быстро отыщет…

— Где он вообще оружие взял, — заворчала Долли, и госпожа Гиранди ее поддержала: — Кто ему все эти смертоубийственные штуки продал? Что, не видели, что у нашего малыша Фри-Фри на лбу высшее образование написано?

— От дедушки досталось, — печально уточнила виновница будущей дуэли. Долли и Гиранди дружно принялись охаивать Фриоларова дедушку в частности и привычку некоторых мужчин составлять завещания в пользу внуков вообще.

Отряхивая промокший под дождем плащ, Фриолар вошёл в обеденный зал. Посмотрел на четыре разномастные дамские головки, обернувшиеся к нему с тайными надеждами. Ушел в кухню. Вернулся с тарелкой бутербродов и молча поднялся на второй этаж.

Далия, госпожа Гиранди, мэтресса Долли и донья Долорес обдумывали создавшуюся ситуацию.

— Выхода нет, — после нескольких минут размышлений веско высказалась мэтресса Долли. — Нам надо убедить его отказаться от поединка.

— Но КАК? — со слезой в голосе спросила Далия. — Я пыталась…

— Надо не пытаться, а сделать задуманное. Если слов недостаточно, соблазни его.

Госпожа Гиранди с доньей Долорес, умудренные жизнью блондинка с брюнеткой, рьяно закивали, утверждая применение этого универсального сильнодействующего средства. И степенные солидные дамы втроем подняли Далию с насиженного места и стали дружно подталкивать ее к лестнице.

— Да не хочу я его соблазнять, — упиралась Далия.

— Это твой долг! — увещевала госпожа Гиранди.

— Как сможешь ты спокойно спать, зная, что этот прекрасный, вежливый, никогда не спорящий молодой человек погиб из-за тебя на поединке?! — страстно вопрошала донья Долорес. Далия задумалась, и дамы, воспользовавшись этим, протащили ее на один пролет вверх.

— Думаю, что смогу, — наконец, решила Далия. — На всякий случай, всегда можно купить снотворное в аптеке, — и попыталась вывернуться.

— Если ты не отговоришь Фри-Фри от поединка с мэтром Гийомом, тебя сгложет чувство вины, — объясняла Долли, пока ее товарки ловили изворачивающуюся молодую алхимчку. Госпожа Гиранди придирчиво осмотрела пойманную Далию и собственноручно расстегнула ей две верхние пуговки на мантии.

— Да нет у меня никакого чувства вины, и никогда не было! — возмутилась Далия, застегивая пуговки.

Мэтресса Долли, госпожа Гиранди и Долорес подталкивали ее к комнате Фри-Фри. В коридоре, ведущем к мансарде Фриолара, Далия вцепилась в косяк чужой двери, категорически отказываясь участвовать в заговоре. Донья Долорес деловито распахнула ей ворот мантии, вытащила карандаш из прически молодой мэтрессы, расправила локоны по плечам.

— Я не стану его соблазнять! — приглушенно — из соображений конспирации — завопила Далия.

— Надо, — твердо и убежденно ответили три дамы. Мэтресса Долли добавила: — Как это — не станешь?! Еще скажи, что ты его не любишь…

— Нет, конечно! Он меня вчера тараканами в анабиозе накормил; практически никогда не спорит… Правда, тети у него занимательные… Но совершенно другая, чем у меня, плоскость исследований! — задумалась Далия, и три университетские гарпии протащили ее по коридору к лестнице на мансарду. — Да поймите же, я люблю не Фри-Фри, а сапиенсологию и Питбуля! — всё еще оправдывалась Далия, когда ее подпихивали на последние ступеньки.

Госпожа Гиранди обрызгала Далию духами, донья Долорес торопливо разрисовала ей губы помадой. Долли с истерическим надрывом в голосе напутствовала ее, обняв напоследок:

— Ну, Далия. Вперед. За Короля, Кавладор и Алхимию!

И шесть дамских рук втолкнули Далию в каморку Фриолара.